Настоящий Дон Жуан - романтичен, циничен и молчалив

Не хотите ли вы НЕ узнать ничего нового о прекрасном актере и красавце Анатолии Лобоцком? Быть по-прежнему не в курсе его личной жизни, не подсчитывать его жен и детей, не лезть к нему в душу, не судить о нем, не судить его?.. Неужели, нет? Тогда этот материал для вас.

В честь Дня согласия и примирения Анатолий Лобоцкий примирился с тем, что ему будут задавать вопросы, и согласился на интервью. Мизансцена - его гримерная в Театре им. Маяковского. Сухопарый, впрочем, очень элегантный Лобоцкий уселся на тот единственный стул, который позволил расположиться против оконного света. А это значит, что журналист будет очень стараться, чтобы разглядеть своего собеседника. Но Лобоцкий не рисуется. А если и играет, то не больше, чем вы и я в обыденной жизни.

Настоящая известность пришла к нему только в 40 лет. Это сделало кино. Как и всегда. "Зависть богов" - фильм Владимира Меньшова. История взрослой и запретной любви. Головокружительное танго в исполнении Лобоцкого и Алентовой остается в памяти. Ведь у нас почти не осталось головокружительного и страстного кино. Он - голубоглазый француз. Она - замужняя женщина времен СССР, у которой есть все, что полагается, вот только страсти, естественной, пульсирующей и настоящей, не было и нет. Меньшову требовался особенный "француз", чтобы мы поверили в это пробуждение крепко спящей красавицы. Он нашелся. И тогда Меньшов с удивлением признал: "Наше кино проглядело талантливого актера Лобоцкого. Мне трудно назвать причину, почему это произошло. Появление у нас такого героя-любовника - настоящая редкость..."

Лобоцкий устало сопротивляется этому штампу. И совсем не потому, что почти в то же время у него родился внук. Он по-прежнему молод, но хорошо знает, что амплуа - прокрустово ложе для любого актера. "В нем редкое совпадение целого ряда мужских качеств - красив, профессионален и целенаправлен на творчество", - говорит о Лобоцком режиссер Татьяна Ахрамкова.

- Что изменилось в вашей жизни после "Зависти богов"?

- Изменилось то, что меня увидели те кинорежиссеры, которые редко ходят в театр, и стали предлагать мне какие-то роли, и еще я стал пользоваться успехом у женщин от 50 и до 80 лет. Это трогательно.

- По-моему, вы скромничаете, суживая диапазон своего воздействия.

- Нет, просто именно эти женщины признаются в любви.

- А с практической точки зрения?

- У меня повысились гонорары, но я по-прежнему озвучиваю рекламу на телевидении, зарабатывая себе на жизнь. Сам ритм жизни изменился еще раньше, в начале 90-х, когда стало понятно, что тех денег, которые я зарабатываю в театре, катастрофически не хватает на то, чтобы нормально жить. И началась беготня по студиям, радио, озвучкам и так дальше. Кто-то давно и справедливо подметил, что театральный актер проживает на сцене множество жизней, а денег, которые он получает за свою работу, не хватает даже на одну, его собственную. Поэтому тот круг, по которому вынуждены перемещаться даже самые именитые артисты театра, в итоге замыкается на кино, теперь и на телевизионном, сериальном (и это если еще повезет, так сказать). Кино кормит, кино делает тебя узнаваемым, после этого начинает кормить сытнее, но... это уже - другая профессия.

- Вы пришли в этот театр сразу после ГИТИСа. Значит, уже 17 лет назад?

- Пошел мой восемнадцатый сезон. Я учился на курсе у Гончарова, и все мы уже были здесь с первого курса. И даже тогда, когда нас еще не допускали к участию в спектаклях, мы репетировали в этих стенах, ходили в актерский буфет.

- Глазели на знаменитостей?

- Тогда мы сами себе были знаменитости. Никаких комплексов у нас уж точно не было. Согласно представлениям молодых начинающих артистов, а тем более студентов (мы ведь все считали себя почти гениями) это у "стариков" должны были быть комплексы по поводу нас, ведь мы смена! Только потом понимаешь, как это глупо и нелепо, но уважение к людям, на которых я, как вы выразились, глазел тогда, с кем теперь работаю вместе, осталось неизменным. А как иначе я могу относиться к Джигарханяну, Гундаревой, Лазареву, Немоляевой, Симоновой?.. А атмосфера в этом театре всегда была очень демократичной, потому что Гончаров много лет преподавал в ГИТИСе, и студенты всегда и до сих пор обретаются здесь.

В Маяковке - кругом звезды. Вернее, большой парад планет. И обозначить на этом небосводе свои координаты, орбиту и все, что полагается иметь небесному телу, было не так уж просто. Лобоцкий сразу стал партнером Натальи Гундаревой в спектакле "Леди Макбет Мценского уезда". Он играл роль Сергея 10 лет, репетировал другие спектакли и по-прежнему играл в массовках. Работы хватало. И сегодня Лобоцкий занят во многих спектаклях разных лет: "Не о соловьях", "Чума на оба ваши дома!", "Жертва века", "Плоды просвещения", "Дети Ванюшина", "Забавы Дон Жуана"...

- Вы покорили многие женские души исполнением роли Дон Жуана. Надо признать, что этот образ вам очень к лицу. Правда ли, что в актерской среде с этой ролью традиционно связаны суеверия?

- Да, суеверия есть, и если бы мне предложили сыграть классического Дон Жуана, я, скорее всего, отказался бы. Но поскольку мы играем "ЗАБАВЫ Дон Жуана" драматурга Музы Павловой, то это просто размышления на тему, не более того. И никаких донжуанов мы не играем. А тема очень благодатная, потому как две категории, извечно интересные людям - любовь и смерть, - в полной мере присутствуют в этом сюжете.

- А разве он любит?

- А кто сказал, что нет? Это уже вопрос трактовки. У Тирсо де Молина он любил, у Мольера он не любил, у Пушкина он любил, у Дюренматта он не любил...

- А вам бы хотелось, чтобы он любил?

- Зачем мне думать о некоем полумифическом Дон Жуане - любил он или нет? Я - не Дон Жуан. Я только соглашаюсь с материалом, который играю, и с режиссером.

- Вы всегда такой суровый?

- Да. (Лобоцкий все же примирительно улыбнулся). А сейчас я еще немного усталый. Да и поводов особо веселиться в данный момент нет. Но на самом деле, поверьте мне на слово, я - веселый человек.

- И бывший романтик, задушивший свою романтичность?

- Ничего подобного. Ничего я не душил. Та доля романтизма, которая во мне была, видимо, с возрастом потихоньку угасала. Каждый человек набирается жизненного опыта, видит, слышит и чувствует, что происходит вокруг (а актер особенно чутко), и чем дольше он этим занимается, тем меньше у него поводов оставаться романтиком. Но я никогда не навязываю своего мнения окружающим, за исключением, может быть, некоторых моментов, касающихся работы. Мировоззрение мое давно сложилось. Я только впитываю информацию, фильтрую ее, оставляя в себе то, во что я могу поверить, во что мне поверить интересно. Нет, я не закостенел. Ну а свой кокон, свой футляр разной степени прочности есть у каждого. Все мы защищаемся от окружающей среды в широком смысле этого слова. Пятнадцать лет назад я бы не сидел вот так спокойно на одном месте. Я бы спорил с вами, размахивал руками, взвивался и заводился. Теперь нет. Я стал почти как дзен-буддист.

Анатолий Лобоцкий родился и вырос в Тамбове. Он был книжным, очень начитанным мальчиком, потому что его семья жила среди книг. Отец - журналист, мама - сотрудник библиотеки. Над вопросом о детстве Лобоцкий задумался и ответил, что эта тема - для двухтомника. "Детство было насыщенным и хорошим. А некоторые воспоминания сидят во мне на таком эмоциональном градусе, что я и сейчас могу вспомнить и всплакнуть или расхохотаться..." Но расхохотаться или всплакнуть при свидетелях и включенном диктофоне Анатолий отказался.

"Это очень личные воспоминания человека", - сказал он.

газета "Россiя", 13 ноября 2002

 

 

(c) Анатолий Лобоцкий, 2013

email: admin@lobotsky.ru

За фотографии, предоставленные для оформления сайта, создатели благодарят фотографа Марусю Гримм

При использовании материалов, размещенных на сайте, ссылка на сайт Анатолия Лобоцкого или указанный сайт-источник обязательна!